antonrusakevich Тверь

Categories:

НИЛО-СТОЛОБЕНСКАЯ ПУСТЫНЬ В СИНОДАЛЬНЫЙ ПЕРИОД


Нило-Столобенская пустынь (Нилова пустынь) – мужской монастырь, расположенный на острове Столобный озера Селигер. На протяжении своей истории обитель являлась и остается крупнейшим монастырем Тверской области, и входит в число известнейших монастырей России. Основанная в конце XVI века, обитель пережила все тяготы российской светской и церковной истории. Смутное время, становление новой династии, церковный раскол, реформы Петра Великого, новая система отношений Церкви и государства – через все это прошла обитель преподобного Нила. В данной статье мы охарактеризуем положение Нило-Столобенской пустыни в Синодальный период.

Церковная реформа Петра Великого, первые мероприятия которой приходятся на 1696 – 1698 гг., положила начало созданию государственной церковности. Она открывает длительную эпоху секуляризации, завершившуюся при императрице Екатерине II в 1764 году. Этот 70-летний период был ничем иным, как попыткой поставить монашество в условия, совершенно изменявшие его положение в русской Церкви, и в жизни народа, попыткой оттеснить монашество на задний план национального бытия. Эти мероприятия, иногда, при императрице Анне Иоанновне (1730 – 1740) совершенно расстраивали монастырскую жизнь и оставляли после себя тяжело устранимые последствия, так что в синодальную эпоху монашество пребывало как бы в парализованном состоянии. В царской семье помнили о монастыре и в 1727 году царевны Прасковья Ивановна и Анна Иоанновна пожаловали ему, украшенную золотыми узорчатыми листами, икону преподобного Кирилла Белозерского (29 х 27см.).

Общее количество монастырей в XVII веке было значительно большим. Современные исследования выявили более 600 монастырей и пустынь, имевших крепостные дворы в конце XVII – начала XVIII века. Примерно столько же было монастырей и пустынь, не имевших крепостных. Данное количественное соотношение является косвенным свидетельством того, что в характерном для конца XV – XVI вв. противостояния двух точек зрения по поводу монастырского землевладения объектом полемики были отнюдь не все монастыри и не все монашество, но лишь его часть. Другая же часть соблюдала заповедь нестяжания не только как индивидуальный обет каждого монаха, но и как принцип социального бытия обители. Среди зафиксированных 600 монастырей, имевших крепостные дворы, 136 основаны в XVII в. Это мелкие и средние монастыри, имевшие до 100 дворов, иногда – до 10. К числу крупных, т. е. владевших крестьянскими дворами в количестве более 500, и крупнейших (более 1250) относятся в большей части лишь монастыри, создание которых связано с именем Патриарха Никона. НовоиерусалимскийВоскресенский имел в 1678 г. 586 крестьянских дворов, а в 1700 – 2465 дворов, Крестныйв Каргопольском уезде – 812 дворов в 1653-1661 гг., 910 дворов в 1700 г., Иверский – 2059 дворов в 1648 г. и 2302 в 1700 г.[1] «С половины XIV-го века на Руси делается весьма заметным сильное стремление к монашеской жизни: монастыри умножались непрерывно. Тверская епархия была необычайно богата монастырями, так что ко времени введения монастырских штатов в 1764 году в Тверской епархии было 32 монастыря да столько же, если не более, упразднено ранее 1764 года».[2]

В 1721 году Петр I реорганизовал центральную власть и среди 11 коллегий выделил Духовную – Синод. С образованием Синода завершился процесс подчинения духовной власти светской. Нововведения Петра по «Духовному регламенту» включили церкви в систему государственной администрации и ограничили ее власть.

Во второй половине XVIII – начале XX веков монастыри Русской Православной церкви располагали значительным числом ценных богослужебных предметов. Поэтому важнейшей функцией государства являлся надзор за сохранностью монастырских ризниц. Государство осуществляло контроль за изготовлением богослужебной утвари из серебра. Настоятели составляли ежегодные отчеты о сохранности монастырских ризниц. Текущее состояние и движение ризничного имущества во всех монастырях фиксировалось в специальных описях, выполнявших функции учетной документации.[3]

В результате церковных реформ XVIII в. государство установило полный административный и финансовый контроль над хозяйственной деятельностью монастырей РПЦ. Многие обители, не попавшие в категорию штатных, прекратили свое существование, а их имущество было изъято. Оставшиеся монастыри из-за недостатка казенных средств едва сводили концы с концами. Анализ состава имущества обителей РПЦ в исследуемый период показывает, что наибольший урон их хозяйственно-экономической деятельности нанесли изъятия недвижимого имущества (земельных, водных, лесных ресурсов) и объектов промыслово-ремесленной деятельности. Данные объекты государственная власть могла использовать для решения текущих казенных нужд или передавать их в качестве имущественных пожалований новому служилому сословию.[4] Значительная часть движимого имущества монастырей, необходимая для осуществления богослужебной деятельности, была оставлена за ними. Церковная утварь, в отличие от остальных материальных объектов монастырского бытия, обладала двумя важными специфическими особенностями. Первой являлась невозможность ее использования для каких-либо иных целей, кроме церковных. Другая особенность заключалась в ее значительной материальной ценности, поскольку большинство богослужебных предметов изготавливалось с использованием дорогих тканей, жемчуга, драгоценных металлов и камней. Поэтому одной из важнейших задач государства являлся надзор за сохранностью монастырских ризниц. К середине XVIII в. в Тверской епархии окончательно сформировался порядок передачи имущества при смене настоятелей монастырей.[5] Изменения, происходившие в государственной политике в XIX — начале XX в., привели к увеличению штатного содержания и росту доходов монастырей, полученных в результате хозяйственно-экономической деятельности. Несмотря на некоторое смягчение позиции государства по отношению к обителям, издание нормативных документов по вопросам управления монастырским имуществом оставалось важнейшим направлением деятельности правительства и духовного ведомства. Епархиальные архиереи до конца синодального периода требовали, чтобы настоятели включали сведения о порядке ведения ризничного учета в справки о состоянии обители.[6] К числу важнейших мероприятий, направленных на обеспечение сохранности наиболее ценного имущества и богослужебной утвари, относились ежегодные отчеты настоятелей и братии о целости соборных и монастырских ризниц. Не менее жесткий контроль государство осуществляло и за порядком изготовления богослужебной утвари из драгоценных металлов.

Окончание статьи тут

Автор-составитель: иерей Максим Мищенко

Comments for this post were locked by the author